Идеальных мам не бывает, или секреты французского воспитания

Идеальный ребёнок

Но когда прошли эти катаклизмы первого года, оказалось, что Варя и правда «образцово-показательный» ребёнок. А я почувствовала себя великим Макаренко.

Пока другие мамочки снимали своих чад с верхушек деревьев, выуживали из луж, разнимали в драках и гонялись за ними по детским площадкам, я сажала Варю в песочницу и через два часа брала с того же места. Сколько книг я прочитала за это время! Сколько украшений сплела из бисера! Сколько стихов написала! Бездарных, правда, но все же.

Варюша той самой свечечкой и в белом платочке выстаивала с нами все службы. А те гипотетические, а сейчас уже реальные, бабушки действительно слёзно умилялись, глядя, как она часами сидит на лавочке под иконой и крестится.

Я точно знаю, каким должен быть МОЙ ребенок

Однажды, когда дочке было года четыре, мне нужно было срочно сбегать в аптеку. Со словами: «Побудь здесь немного, веди себя хорошо», я посадила ее на диван и помчалась. Когда я вернулась, она сидела на том диване и плакала.

– Варюша, что случилось?

– Я хочу в туалет.

– А почему не сходила?

– Ты же сказала мне здесь побыть.

В этом была вся Варя. И я не понимала, как дети могут не слушаться.

В три года наша старшая дочь начала читать, к школе осилила почти всю детскую литературу, всегда прекрасно училась, была самой положительной в классе, не считая пары-тройки вполне терпимых инцидентов в начале пубертата.

После седьмого класса она сама решила поступить в хорошую гимназию. Я сразу предупредила, что помочь ей ничем не смогу, и в душе переживала, что у неё ничего не выйдет. Но я недооценила свою собственную дочь. Она тогда лежала в больнице с гайморитом, пропустила вступительные экзамены и пошла в индивидуальном порядке, что было ещё сложнее. И поступила!

В четырнадцать лет она увлекается Достоевским, цитирует наизусть куски из «Илиады» и пытается вечерами обсуждать с младшими сёстрами творчество Герцена. Не совру, если скажу, что ее кругозор уже давно намного шире, чем мой собственный. Она пишет стихи и рассказы, ставит спектакли, разбирается в политике, истории, экономике, богословии, озабочена экологией и сортирует мусор – единственная из нашей семьи. Она – моя первая и безотказная помощница по дому и с младшими детьми. И при всём этом она не «ботан в очечках», а ослепительная красавица с прекрасным чувством юмора.

Ей не нужно напоминать готовиться ко Причастию, держать посты или ходить на службы. Она все знает сама, и это ее зона ответственности. И я часто слышу, как она пытается вразумить нашу вторую дочь, Соню, беседуя с ней на духовные темы.

«Я – младший подросток и горжусь этим!»

Если Варя – учёный-историк, то Соня – творческая личность без определённой сферы деятельности. Она и рисует, и сочиняет стихи, и великолепно их читает, плетёт из бисера, занимается в театральной студии, лепит, валяет, расписывает и успешно спекулирует своими произведениями между младшими сёстрами – десять рублей за рисунок.

7 тревожных сигналов, что вашему ребенку сложно учиться в школе

Она мечтала играть на гитаре, но все мечты испарились, когда выяснилось, что гитара – это не просто эффектно «лабать на Арбате», а долго и нудно учиться. Соня талантлива во многом, но учеба – это не ее. По крайней мере, пока это ее не захватит целиком.

Если Варя готова делать уроки до глубокой ночи, а иногда и до утра, и ей это нравится, то Соня недавно повергла нас с мужем в шок словами: «Ой, мне хотя бы начальную школу закончить». С ней «домашка» всегда происходит по такому сценарию:

– Ты делаешь уроки?

– Да, конечно, мамочка! Я сейчас только поем/попью/схожу в туалет/переоденусь/порисую/посплю/померяю температуру (ох уж эта удивительная способность Сониной температуры подниматься всегда, когда надо что-то делать).

И так до вечера. И когда «мамочка» уже грызёт батарею и летает под потолком на метле, Соня с невинным взором изрекает: «Ой, я же уроки забыла сделать».

Недавно я услышала совет по прививанию детям любви к литературе: «Просто дома должно быть много книг. И ребёнок обязательно зачитает!» «Просто»…

У нас дома очень много книг. И всех детей мы воспитываем одинаково. Но, в отличие от Вари, которую я не далее чем прошлой ночью с боями отправила спать в четыре утра, потому что она увлеклась Бакуниным, Соня более или менее научилась читать не по слогам к третьему классу. И не от любви к литературе, а от суровой необходимости. И все равно чаще всего мы с ней пользуемся аудиокнигами, или я ей читаю. Потому что она уверена, что чтение – это трата времени и вообще для зануд. Какие тут книги, когда кругом кипит жизнь.

Соня помешана на нарядах:

– Это не модно/торчит/слишком обтягивает/мало обтягивает/не тот оттенок/не тот фасон/это я уже носила/ааааа, мне нечего надеть!

И мы идём в магазин и часами с ней что-то выбираем. А потом может случиться, что, как истинная женщина, она это ни разу не наденет.

Варе я недавно прислала из магазина фото пуховика, который я решила ей купить. Она ответила: «Ок», почти не взглянув. А потом, когда я с гордостью принесла его домой, сказала: «Спасибо», даже не достав из пакета. И начала рассказывать о «Бесах» Достоевского.

Варя, как я уже писала, первая моя помощница. Чтобы допроситься Соню, надо иметь очень крепкую нервную систему. Потому что «проситель» ломается на полпути, проще сделать самому. А если она, о чудо, соглашается, то очень бдительно следит за тем, чтобы кто-то другой, не дай Бог, не сделал меньше, чем она.

Но все это с лихвой искупается тем, что Соня в свои десять лет прекрасно готовит и любит это дело. Ну и с ней никогда не скучно. «Я – младший подросток и горжусь этим!» – заявила она недавно. И все ее поведение подчинено этому лозунгу.

Наблюдайте за малышом

Если вы попросите новоиспеченную французскую мамочку рассказать о ее философии воспитания, она, скорее всего, пожмет плечами и ответит: «Я просто наблюдаю за своим ребенком», имея в виду, что проводит много времени, наблюдая за тем, что и как делает ее малыш.

Это куда более важно (хотя и не так очевидно), чем может показаться. Мама пытается настроиться на одну волну с ребенком, научиться читать его подсказки и следовать им

Идея в том, что вы всегда должны быть рядом, когда ребенок в вас нуждается. Но в те минуты, когда он счастливо распевает и агукает на игровом коврике, постарайтесь не мешать ему, предоставив полную свободу самовыражения. Надо стремиться достичь того, что французы называют complicité — полного доверия и взаимопонимания. Даже с тем, кто регулярно срыгивает на вас.

5 советов от французских психологов

  • После того как приступ гнева прошел, не стесняйтесь сделать первый шаг к примирению. Ребенку необходимо быть уверенным в том, что вы его любите все так же сильно. Обнимите его (если он не против!), прижмите к себе крепко, но нежно. Это поможет ребенку прийти в себя.
  • Если он что-то сломал, помогите ему починить эту вещь. Он должен извиниться, если кого-то ударил.
  • Объясните ему, что, как и у всех, у него есть право чувствовать и выражать свой гнев, но у него нет права причинять кому-то боль.
  • Заведите «подушку гнева». Пусть никто никогда не использует ее для других целей. Стучите по ней, ругайте ее, бросайте ее об стену.
  • Если в семье существует напряжение, если дети постоянно конфликтуют между собой, можно организовать бой подушками. Спрячьте подальше хрупкие предметы, разделитесь на две команды и в бой! Напряжение выходит, а смех сменяет ярость. В семье снова устанавливается согласие.

Слишком много гнева

Я задала вопрос двум французским психологам: почему так возросло внимание к гневным реакциям детей? Почему повсюду говорят и пишут только об этом? Ведь такие реакции детей существовали всегда: когда-то я была бэбиситтером во французской семье, и моя 3-летняя воспитанница то и дело грохалась на пол и вопила, если ей в чем-то отказывали. Но это было 20 лет назад! И никто тогда и не думал обобщать и говорить о массовом явлении

Вот что ответила Корин Дефонтен: «Гнев и фрустрация существовали всегда, часто они идут рука об руку… Но в наши дни мы даем детям больше свободы, больше возможности выразить свои чувства, поэтому они и выражают бурно то, что раньше замалчивали, — свой гнев.

Раньше воспитание было суровым, оно сводилось к нескольким правилам: молчи, не перечь взрослому и слушайся! Детям было практически невозможно выразить свои эмоции, возникающие в результате фрустрации. Но она-то как раз существовала, просто ее подавляли. Потом заметили, что если это происходило слишком часто, появлялись физические или психические симптомы, поскольку любая эмоция должна быть выражена и услышана.

Сегодня многие родители, которые знают об этом или сами имели подобный травмирующий опыт замалчивания эмоций, имеют тенденцию разрешать ребенку выражать свой гнев без всякой меры. Если при этом они не установили рамок, то с каждым разом гнев будет набирать силу. Но хочу подчеркнуть: установить рамки — не значит орать или наказывать и уж тем более бить! Есть много других способов».

«Когда ребенок громко вопит, он весь вибрирует от ярости. Это очень важный для него момент. Нужно дать ему закончить, без осуждений, но и без похвал. Ваше „Какой прекрасный приступ гнева“ ребенком воспринимается не лучше, чем „Ты такой гадкий, когда кричишь“ или „Прекрати немедля!“. Если вы отправляете его в свою комнату выпустить пар, не делайте это властным или раздраженным тоном. Вы должны дать ребенку понять, что уважаете эти эмоции и понимаете, что ребенку нужно место, чтобы их выразить. Пусть он там кричит, стучит по подушкам, пока снова не успокоится. Отправить его в свою комнату — это не наказание, это техника, которую, кстати, могут применять все члены семьи, когда раздражены».
Изабель Фийоза, «В сердце детских эмоций»

В отношениях родителей есть часть, в которой ребёнок не участвует

Никогда не забывайте: в основе семьи — супружеская пара. Всегда находите время, чтобы побыть с мужем вдвоём. Во Франции всё родительское пространство принадлежит ребёнку только первые три месяца. По аналогии с президентским сроком, французы называют этот период «первые сто дней». В это время ребёнок может спать в одной комнате с родителями и даже в их постели. Но после малыша приучают спать в своей кроватке и в своей комнате. Ваша супружеская спальня должна стать тем местом, которое принадлежит только вам двоим. Дети не могут входить к родителям, когда им вздумается. Ребёнок должен точно знать — у родителей есть часть жизни, в которой он не участвует.

Одна француженка как-то сказала мне: «спальня моих родителей была священным местом в доме. Нужен был очень весомый повод, чтобы зайти туда. Между родителями всегда существовала некая связь, которая нам, детям, казалась великой тайной»

Мне кажется, это очень важно для малыша. Ведь если он будет считать, что всё уже знает и во взрослом мире нет ничего загадочного – зачем ему взрослеть?

Формула «идеальная мама» не сработала

Надо сказать, что сын у моей знакомой – действительно мальчик хороший во всех отношениях. Он общительный, и при этом рассудительный и серьезный, я никогда не замечала за ним серьезных проступков или чересчур сильного баловства. Он веселый, и у него много друзей. В садике ребенок участвовал во всех утренниках, и в школе на хорошем счету у учителей. И да, конечно, в том, что ребенок такой, есть большая заслуга родителей. Но формула «идеальная мама равно идеальный ребенок» не всегда срабатывает.

Доказательством этому служат слова все той же знакомой: «Да, я думала, что я идеальная мама, но ровно до тех пор, пока моя дочь не выросла из грудного возраста». А ведь при ее воспитании она дела все ровно так, как и со старшим сыном: соблюдала режим дня, объясняла, читала книги, играла, но результат оказался вовсе не таким, как представляла себе мама.

«Моя дочь неуправляема, – жаловалась она мне в отчаяньи. – Я не понимаю, что я делаю не так, но в свои три она ничем не интересуется и ничего не хочет. Большая часть дня у нас проходит в капризах и криках».

Причем, я бы не сказала, что девочка гиперактивна. Да и сама родительница признается, что по темпераменту Вика – спокойный ребенок. Она может час проковыряться в песочнице или надолго заняться перекладыванием игрушек из одной коробки в другую, но ее спокойствие заканчивается ровно там, где ей начинает что-то не нравиться. Как только приходится настаивать на своем или просить девочку что-то сделать, что она делать не желает, все смирение и видимое послушание из Вики испаряется.

Она может закатить истерику где угодно и по любому поводу. Не купили в магазине понравившуюся игрушку – она забивается под прилавок и начинает истошно кричать; дали на завтрак не ту кашу – тарелка с едой безжалостно летит на пол; на детской площадке другой ребенок не поделился игрушкой – снова плач.

Можно подумать, что это – обычная избалованность, поскольку второй ребенок часто забирает больше родительского внимания и, как следствие, становится более капризным и требовательным. Но, зная эту маму не первый год, я с уверенностью могу сказать, что в моментах воспитания она строга и настойчива. Она всегда последовательна, у нее никогда не случается перемен в формате: сегодня нельзя – завтра можно. Она настойчива, если ребенок хочет делать то, что ему категорически запрещено, она никогда не пойдет ему на уступки. Она требовательна, и фраза «надо, значит, надо» является для нее чуть ли не установкой по жизни. При этом, имея педагогическое образование, она действительно может правильно донести до малыша многие вещи как познавательного, так и воспитательного характера. Но почему-то все ее усилия не приводят к нужному результату.

Я искренне ей сопереживала и понимала ее как мать, потому что всем нам хочется, чтобы наши дети были идеальны, но это не значит, что они таковыми станут.

Время родителей

Во Франции родители даже малышей отправляют в лагеря. Нет ни одной школы, где не было бы «зеленой недели» — времени для того, чтобы учителя вывозили учеников на природу. В эту неделю дети в достаточно спартанских условиях живут в деревне или на море, ведя наблюдения за природой, обучаясь самостоятельной жизни.

Французы-родители достаточно спокойно относятся к синякам и к ссадинам своих детей, доверяют учителям, рады побыть без отпрысков. Нередко ездят куда-нибудь вдвоем. Их не мучает ни совесть при путешествии без ребенка, ни страх того, что только они могут справиться с ним.

Время, которое родители могут посвятить друг другу, бывает каждый день, а не только когда дети отправляются на природу, а взрослые — в путешествия. Во Франции малышей укладывают спать в восемь вечера. Ребенок может и не ложиться спать, а играть — но из детской никуда не выходит. Во Франции исключена детская беготня по дому, как и требования строго по часам укладываться в кровать. И утром французский ребенок, вместо того, чтобы ворваться в родительскую комнату, ждет, когда взрослые выйдут.

Французская система образования

Образовательная система современной Франции состоит из четырех блоков: начальная, средняя и старшая школы, последняя ступень – это высшая школа (университет). Также как и в современной России наряду с бесплатными общедоступными учебными заведениями, которые контролируются государством, во Франции существуют и частные учебные заведения, которые, как правило, находятся в ведении негосударственных или религиозных организаций и являются платными. Условия пребывания как в государственных, так и в частных заведениях часто зависят от того, где именно они расположены, ведь небольшая Франция делится на 22 региона и 96 департаментов. Департаменты в свою очередь подразделяются на 327 округов, 3828 кантонов и 36 551 коммуну, поэтому в каждом индивидуальном случае нужно обращаться в органы местного управления или непосредственно к директорам яслей, детских садов и школ. Коммуны – это единицы местного управления, которые управляются коммунальным советом (он избирается прямым голосованием) и мэром, которого выбирают члены этого коммунального совета. В обязанности совета входит принятие местного бюджета, определение размера местных налогов, решение различных проблем в коммуне.

Здесь решаю я!

Французам удается установить четкую иерархию в отношениях родителей и детей. В их семьях нет разделения власти с детьми. Сначала родители, потом – дети. Если ребенок забывает об этом, можно услышать фразу «Здесь решаю я!», или более жесткий вариант «Здесь командую я!».

Установление рамок дозволенного требует большого терпения и сил, но от этого будет лучше и родителям, и детям. Когда в семье растет «ребенок-царек», жизнь родителей может стать невыносимой. Система ограничений и правил необходима самим детям, считают французские мамы и папы. У малышей слишком много желаний, поведение подчинено импульсам. Непререкаемый родительский авторитет помогает им обуздать собственные потребности, научиться самоконтролю.

Такая система выстраивается благодаря тому, что о правилах и границах поведения с детьми постоянно говорят. Им объясняют, что можно делать, а что – нельзя, и почему именно нельзя. Причем происходит это в очень вежливой форме.

В беседах с детьми родители часто используют фразу «имеешь/не имеешь право». Уже на семантическом уровне ребенок понимает, что существует система норм поведения для взрослых и детей, одну из которых он в данный момент нарушает. И если права делать это у него нет, то есть право на что-то другое.

Еще одно выражение, которое используют французские мамы – «Я не одобряю». Говоря это вместо обычного «Нет!», «Нельзя!», они подчеркивают, что родители имеют свое мнение, с которым ребенку необходимо считаться. Эта фраза и за малышом признает право на собственное мнение. Не одобряемое поведение – его сознательный выбор, но он может выбрать и другой вариант.

Беременная фотосессия: 16 ОЧЕНЬ странных идей будущих родителей

Однако внутри дозволенных рамок детям предоставляется полная свобода. Они могут баловаться и шалить, и за это их не будут наказывать. У французов даже есть слова, которые разграничивают маленькие шалости (petites betises) и плохое поведение (mauvais comportement). Наверно, поэтому прибегать к наказаниям родителям приходится очень редко.

Забудьте про чувство вины

Нет никакого смысла испытывать чувство вины перед ребёнком за то, что вы работаете. Это совершенно деструктивное чувство, которое всё равно ничего не изменит. У вас всё равно не появится больше времени на общение с малышом. Главное, что вы можете сделать, – это по-настоящему быть с ребёнком, когда вы свободны. Не просто присутствовать на прогулке, болтая по телефону с подругой, а действительно проводить время с ребёнком. Вы не должны всё время беспокоиться о малыше, когда вы на работе, не должны корить себя за то, что вы не только мама, но и коллега, подруга, жена. Единственное, что вы, пожалуй, должны своему ребёнку, когда вы рядом с ним, – это быть спокойной и быть «здесь».

А ещё воспитывайте в своих детях терпение. Раньше я думала, что это врождённое умение, которое либо есть, либо нет. Французы же воспринимают терпение как некую мышцу, которую можно и нужно тренировать, причём с самого раннего возраста. Не вскакивайте из-за стола, если вы работаете, а ребёнок просит посмотреть, какую башню из кубиков он построил. Мягко объясните малышу, что вы делаете, и попросите немного подождать. Сначала он подождёт несколько секунд, но затем и минут. Он научится развлекать себя сам во время ожидания и справляться со своим разочарованием. Для ребёнка этот навык жизненно необходим, считают французы, — только так он узнает, что не является центром вселенной, и научится взрослеть.

Семейная иерархия

У французов никогда не бывает разногласий на тему иерархии в семье. Дети не выходят за рамки своего места. Если же забываются — слышат от родителей напоминание о нем.

В США родители просто боятся в чем-то ущемить ребенка, и тут даже возможен полный абсурд: стоит воспитательнице в детсаде сделать малышу замечание — и малыш может нахамить ей, а затем делать дальше то, за что получил выговор. У французов все совсем иначе: есть четкие рамки «можно» и «нельзя». В том, что «можно», ребенок совершенно свободен, его ни один взрослый не будет ругать. В границы «нельзя» он обычно не заходит, так что во французских семьях редки случаи наказания детей.

Размечая эти границы, взрослые нередко прибегают ко фразам вроде «имеешь/не имеешь право». Например: «Не делай так, у тебя нет права этого делать». Различие не только в формулировке: просто такой запрет по-другому воспринимается. В подсознании малыша устанавливается вера в существование какой-то системы правил для всех возрастов. Если у него нет права для одного — значит, есть для чего-нибудь другого.

Есть и еще одна ходовая фраза у французов-родителей: «не одобряю». «Я не одобряю, когда ты это делаешь», — родители говорят с серьезной интонацией, глядя малышу в глаза. Такая формулировка намного убедительнее банального «нет»: она позволяет взрослым показать наличие своего мнения, и что дети обязаны с ним считаться. Еще она допускает возможность наличия мнения и у ребенка насчет тех или иных поступков, даже если родителям они не нравятся. Другими словами, ребенок воспринимает это как собственный выбор, от которого он может и отказаться. Но почему-то, именно во Франции дети чаще прислушиваются к родителям, чем в России и, тем более, в Америке.

Наверное, это и является причиной тому, что во французских семьях так мирно и спокойно. Родители там предпочитают прибегать не к скандалам и жестким наказаниям, а к вежливому предупреждению проблем в поведении детей, исходя из их психологии.

Босс – это вы

Это самое сложное (во всяком случае, лично для меня) правило французского воспитания. Осознать, что решения принимаю я. Я — босс. Не диктатор — это существенно (!) — а босс. Я даю детям много свободы там, где это возможно, учитываю их мнения и прислушиваюсь к их желаниям, но решения принимаю я.

Помните об этом. На вершине вашей собственный семейной пирамиды именно вы. Не дети, не ваши родители, не учителя и не няни. Командуете парадом вы и только вы.

Конечно, это сложно. Это ежедневная борьба. Я вот до сих пор каждый день снова и снова завоёвываю свою маленькую армию. Но я теперь точно знаю, дети лучше развиваются в пределах чётко установленных границ. Они чувствуют себя гораздо более уверенно и спокойно, когда знают, что за штурвалом стоит взрослый.

Научитесь в ключевые моменты строго и уверенно говорить «нет». Научитесь спокойно, но твёрдо говорить детям, что вы сейчас будете делать. Вы сразу поймете, когда у вас получится, — сами ощутите себя боссом.

По материалам статьи Натальи Ломыкиной

Идеальных мам не существует

Работающая женщина всегда стремится объять необъятное: быть идеальной матерью и одновременно делать успешную карьеру. Фактически она работает в две смены — в офисе и дома. Думаю, всем делающим карьеру мамам это ощущение хорошо знакомо. Так вот, у француженок есть излюбленный афоризм: «Идеальных матерей не существует». Не стоит пытаться быть идеальной. И это самая важная, основополагающая идея.

А ещё не воспринимайте детство ребёнка как начало марафона, финиш которого — поступление в университет. Французы, безусловно, хотят, чтобы их дети были успешными, но они не стараются вечерами после работы заставить ребёнка семимильными шагами проходить естественные этапы развития. Например, читать и писать ребёнка не учат лет до шести. Француженки считают, что гораздо важнее до школы привить малышу такие навыки, как концентрация внимания, общительность и самоконтроль. Во-первых, это не требует какого-то специально отведенного времени, а является просто неотъемлемой частью процесса воспитания. А, во-вторых, именно эти способности, а не умение в три года считать до ста и обратно, создают крепкую базу для успехов ребёнка в учебе.

Родитель авторитет

Многие мамы с самого начала хотят быть малышу другом. Но невозможно стать по-настоящему близким другом ребенку, если он не увидел в вас авторитета. Быть авторитетом – это не значит принижать ребенка, нет. Наоборот. С ребенком нужно говорить на равных, как со взрослым, уважая его мнение и давая ему право высказаться. Но при этом  всегда оставлять последнее слово за собой. Авторитет – это не тот человек которого бояться, но это тот человек, которого уважают. Именно так должен видеть вас ребенок.

Автор книги «Французские дети не капризничают» Кэтрин Кроуфорд обучалась навыкам французского воспитания и на отказ маленькой дочки сесть в машину уверенным тоном сказала: «Ты сейчас же сядешь в машину и пристегнешься, потому что я – главная, и я так говорю». К удивлению автора дочка спокойно послушалась.

«Она так устала от бесконечных споров по любому поводу ( я же приучила ее считать, что ее мнение по любому вопросу крайне важно!), что почувствовала облегчение от того, что кто-то принял на себя роль главного». Это еще один аргумент в пользу того, что ребенку нужен авторитетный ориентир

Даже взрослому сложно делать выбор, а представьте какой стресс испытывает ребенок, когда каждый день он должен делать самостоятельный выбор без помощи родителей, в которой на самом деле он нуждается

Это еще один аргумент в пользу того, что ребенку нужен авторитетный ориентир. Даже взрослому сложно делать выбор, а представьте какой стресс испытывает ребенок, когда каждый день он должен делать самостоятельный выбор без помощи родителей, в которой на самом деле он нуждается.

Истерики — недостаток воспитания

Женевьева Дженати продолжает: «Гнев — очень полезная реакция на фрустрацию. Благодаря этой реакции внимательные родители могут сообразить: раз ребенок так разошелся, значит, что-то не так. Мне кажется, проблема в том, что этот тип реакции уже не так исключителен, как раньше, потому что порог толерантности снижается: детей с младенчества не учат испытывать незначительные разочарования, фрустрации (ребенок запросто мог бы подождать до выходных, но его ведут в кино среди недели по первому требованию), потому что родители не хотят разочаровывать детей, не хотят запрещать. Думаю, они слишком идентифицируют себя с детьми и не хотят причинять им того, чего сами не хотели бы испытать. Они просто забывают, что такое воспитывать».

Сандрин Марти, воспитатель с юга Франции, рассказывает: «У некоторых родителей большие проблемы с авторитетом, с властью. У меня в классе есть дети 3–4 лет, которые бьют своих родителей. Просто родители уже в таком штопоре находятся, что не хотят перечить своим детям, сдаются. И они так редко детей видят, что боятся: вдруг, если я ему буду что-то запрещать, он меня разлюбит? Родители хотят только покоя. И, чтобы добиться покоя, подчиняются любому капризу. Буквально забивают детям рот едой, сладостями — только чтобы было тихо. Такое впечатление, что родители булочками покупают свое спокойствие. Да и не только булочками: открыл рот — вот тебе пирожок, пирожок съел — вот тебе планшет, только не устраивай истерик».

Хороший ребенок – заслуга ребенка

Если бы у меня перед глазами не было примера собственного сына, говоря только о младшей дочери, я бы тоже могла с гордостью всем рассказывать, какая я идеальная мать, воспитала такую чудесную дочь.  Но я никогда этого не делаю, потому что понимаю, воспитанность и послушание дочери – скорее не моя, а ее заслуга. Она такая сама по себе, по складу характера, по темпераменту, по уровню умственного развития.

Безусловно, я прикладываю силы и время к ее воспитанию, и делаю все, что входит в обязанности мамы. Но ровно тоже самое (а в каких-то моментах даже больше), я делала, воспитывая своего старшего сына, и добивалась куда меньших успехов.

Частенько непрошибаемая упертость сына, его чрезмерная подвижность вкупе с капризами и нашими с ним стычками вызывают немой укор окружающих, а иногда в мою сторону слышались даже упреки на тему «какой невоспитанный у вас ребенок».

Из-за всего этого долгое время я считала себя никудышней матерью. А как же иначе? Все мои методы воспитания (а общаться и договариваться я пробовала с ним по-всякому, как говорится, от кнута до пряника), результаты, конечно, давали, но весьма незначительные.

Сносную систему взаимоотношений с сыном мы выработали только ближе к его 4 годам. Да и то, я уверена, значимую роль здесь сыграли не столько мои усилия, сколько его возраст. Только к этому времени мой сын понемногу научился слушать и слышать, соответственно и договариваться о тех или иных нормах поведения с ним стало проще.

Однако до сих пор, смотря на своих детей, одному из которых четыре, а второй – два, я ловлю себя на мысли, что младшая понимает и слушает то, что ей говорят, намного лучше, чем ее старший брат. При этом она тоже балуется; не обходится и без капризов  с ее стороны и строгости с моей, но все это в допустимых пределах.

Поделитесь в социальных сетях:FacebookTwitterВКонтакте
Напишите комментарий