Почему дети нас не слышат и не хотят слышать

Жестовый язык запрещен, а читать с губ невозможно

Существует четыре степени тугоухости. Даже проблему третьей степени иногда можно решить слуховыми аппаратами. Но вот люди с четвертой степенью даже в слуховых аппаратах слышат только гласные. Аппараты бесплатно выдают только детям с третьей и четвертой степенью. 

Существует еще кохлеарная имплантация — вживляют электронное устройство, которое улавливает звуки и преобразует их в электрические импульсы. Но операцию проводят, когда ребенку 3-4 года. В это же время обычно выдают аппараты. 

— Те, у кого до трех лет выявили тугоухость и выдали аппараты или сделали операцию, — просто везунчики, — объясняет Анна Федотова, мама слабослышащего мальчика, — потому что чем позже, тем сложнее развить речь у ребенка. Моему сыну поставили третью степень в 4 года. И после того как в 4,5 года ему выдали аппараты, мы, родители, и большая команда специалистов много лет трудились, чтобы поставить ему речь и догнать по развитию сверстников. Сейчас он учится в обычной школе и говорит как все дети. 

Не всем нужен жестовый язык, слабослышащие дети с хорошими аппаратами могут обойтись и без него. Но детям с тяжелой потерей слуха, тотально глухим необходим свой язык. 

— Не каждому ребенку из семьи слышащих нужен русский жестовый язык, — подчеркивает Елена Соловейчик. — Все зависит от степени потери слуха. Но специалисты сразу на корню обрубают информацию о русском жестовом языке: «Нельзя его применять! Ваш ребенок говорить не будет!» Это приводит к плачевным результатам. Жестовый язык на самом деле помогает ребенку развивать устную речь. Мои слабослышащие дети в год уже болтали на игровой площадке. Слышащие мамы впадали в ступор, узнав, что они еще и не очень хорошо слышат. 

С трех лет в коррекционных детских садах сурдопедагоги развивают речь… через чтение. Трехлетних детей учат сначала читать, потом говорить. Словарный запас пополняют так: табличку со словом прикрепляют к картинке. И все слова в именительном падеже. Поэтому часто взрослые глухие пишут без изменений по падежам и родам. Психологически ребенок готов читать только к 5-6 годам, — объясняет Екатерина Савченко, — учить читать трехлетку, у которого даже нет словарного запаса — это мучение. Через слезы, через «не хочу». Я помню, как мне с сыном это тяжело давалось. 

— Такое обучение очень ограничивает словарный запас. К школе ребенок при таком подходе знает всего 2500 слов. Для первоклассника же норма 5000–7000 слов. Ребенок не будет понимать значения слов, текстов, заданий. Представьте, что вы приехали во Францию, очень плохо зная язык, — говорит Елена Соловейчик, — и вот вам нужно сразу учиться на французском в медуниверситете, при этом считывая слова с губ преподавателя. И никакого переводчика у вас нет, и более того — они запрещены. Как вы будете учиться? Тем не менее это система обучения глухих и слабослышащих по Федеральному государственному образовательному стандарту. 

Жестовый язык разрешен только для глухих с ментальными нарушениями. И то только как вспомогательный. 

Известный глухой танцор Андрей Драгунов так вспоминает школьные годы: «Это была такая игра на выживание, как обмануть учителя. Как списать, как сделать вид, что ты понял, когда ты на уроке из речи не понимаешь ничего». 

— Алина сейчас учится в школе для слабослышащих детей. Как слабослышащие дети считывают с губ? — рассказывает Оксана. — Я вам приведу пример. В первом классе учитель говорит «трусливый заяц». Все дети смеются. Почему? Потому что они поняли два слова «трусы и заяц». Вот так проходит обучение. Даже в третьем-четвертом классе они путали «дорога» и «дорогая». Однокоренные слова для них одно и то же. Даже «папа» и «мама» если считывать с губ — это одно и то же слово. В школе я заметила, что у детей глухих родителей гораздо больше словарный запас, у них намного лучше было понимание разных текстов. И родители мне объяснили, что дело в жестовом языке, на котором они говорят с ребенком с рождения. Он дает им гораздо более многообразную картину мира, чем упорное сопоставление табличек и картинок в садике. 

Лилия Ионичевская

Лилия Ионичевская, президент Ассоциации переводчиков жестового языка, рассказывает, что их организация совместно со Всероссийским обществом глухих провела эксперимент. В школе в одном классе детям преподавали на жестовом языке. 

«Эти дети по успеваемости были как обычные слышащие дети, — вспоминает Лилия Ионичевская. — Они были очень грамотные, им было интересно учиться, они задавали вопросы. Потому что они все понимали. На обычных уроках, где нужно считывать с губ, вы можете увидеть, что дети просто сидят в телефонах, они даже не смотрят на учителя. Потому что смысл смотреть, если не понимаешь». 

Контакты со специалистами

Эффективным методом диагностики состояния слуха у детей раннего возраста (с момента рождения) является объективная компьютерная аудиометрия (КСВП). Результаты этого исследования позволяют сурдологу судить не только о наличии или отсутствии слуха у ребенка, но и определить степень тугоухости.

Это исследование обычно проводят в детских отделениях научно-исследовательских институтов уха, горла и носа и в детских сурдологических центрах. На такое исследование направляют, если у новорожденного обнаружен один из перечисленных факторов риска или если на первом осмотре оториноларинголог (лор-врач), педиатр или неонатолог (врач, наблюдающий новорожденных) заподозрил нарушение слуха. В последнее время первичное исследование проводят с помощью звукореактотеста — специального прибора, предназначенного для раннего выявления нарушения слуха у детей. В настоящее время этот аппарат есть почти во всех детских поликлиниках.

Если у ребенка будет обнаружено снижение слуха, то сурдолог расскажет вам о том, нужно ли использовать слуховой аппарат или о других методах лечения. Кроме того, вашему ребенку потребуются специальные занятия с сурдопедагогом, без которых он не научится воспринимать звуки и говорить. Чем раньше начнется обучение малыша, тем выше вероятность того, что ребенок сможет освоить разговорную речь, будет обучаться в массовой школе и получит профессиональное обучение.

Просьбы-отрицания

Часто можно услышать от мам напоминания: «Не трогай! Не кричи! Не бегай!» Но такие просьбы, по мнению психолога, бессмысленны. Процессы возбуждения у маленьких детей сильно преобладают над процессами торможения, потому им трудно сразу же остановить свою активность. Кроме того, фраза «Не бегай!» формирует в голове у ребенка обратное послание: «Бегай!», поскольку частицу «не» дети часто не слышат.

— Старайтесь формулировать свое послание без частицы «не». Не тормозите действие, а заменяйте его другим. Это как с поездом, мчащимся без тормозов: резко остановить локомотив сложно, а вот переключить стрелку на другие рельсы вполне реально.

А еще важно помнить, что дети сначала считывают эмоции родителей, а потом только слышат их слова. Если есть расхождения, ребенок реагирует на эмоции: выражение лица, тон голоса

Вот почему так важно, чтобы слова и эмоции «дружили» друг с другом.

«Я гремела крышками от кастрюль, а дочка даже не проснулась»

После того, как диагноз все-таки ставится, маме никто не объясняет, что делать дальше, куда идти и как с этим жить.

— У моей дочери Алины 4-я степень тугоухости, — рассказывает Олеся Иванова. — Сейчас ей уже 15. И мы проходили через все эти круги ада. Диагноз тебе сообщают поздно, сухо и жестко. Что делать дальше — непонятно. Ты остаешься со своей бедой один на один. У меня были предположения, что дочь не слышит. Я как-то это чувствовала. 

Когда Алине было полгода, мама отвела ее к лору. Он посмотрел девочку и на подозрения Олеси сказал: «Мамочка, вам нужно лечить голову». Но она чувствовала — что-то не так. 

— Когда Алине был год и десять месяцев, я, как ненормальная мать, взяла две огромные железные крышки от кастрюль, подошла к спящей дочке и ударила крышками друг о друга. Реакции у ребенка никакой не было, она продолжала безмятежно спать, — продолжает она. — Думала, что мы сейчас подлечим ушки, попьем лекарства и все восстановится. Когда Алине поставили 4-ю степень тугоухости, полная глухота, я закрылась на несколько дней дома, плакала. Это сложно принять очень. Непонятно, что и как делать, как жить дальше, как помочь, никто ничего не объясняет. 

Врачи доказывали Олесе, что главное — научить ребенка говорить. Жестовый язык запрещали. 

— Слышащие родители глухих детей боятся жестового языка как огня, — объясняет Екатерина Савченко, — потому что им все специалисты твердят, что если общаться с ребенком жестовым языком, он не будет говорить. Но это не так. Система обучения речи без жестового языка существует со сталинских времен, когда все должны были быть подогнаны под норму. В коррекционной школе меня научили говорить. У нас в школе использовали дактилологию. Жестами слово произносится по буквам. Дактилология очень нужна для видимости словесного языка, но она не раскрывает смысл самого слова. 

Екатерина вспоминает, что была уверена — она хорошо говорит. Дефектологи ее хвалили. 

— Но я столкнулась с суровой реальностью, когда попыталась поговорить с продавцом в магазине. Она ничего не поняла, после нескольких попыток мне пришлось писать на бумажке. Было стыдно. Когда я в кафе говорю с официантом, мне приносят англоязычное меню. Мы иностранцы для них. Я не слышу свою речь, не могу контролировать ударения. Я не отрицаю необходимость обучения речи. Но как же нашим детям тяжело дается словесный язык без жестового, — рассказывает она.

Как правильно строить общение с ребенком со сниженным слухом?

Разговаривая с ребенком, убедитесь в том, что он видит ваши губы

Для него очень важно читать по губам

Если вы хотите обратить внимание ребенка на игрушку (или предмет), поднесите ее к губам и рассказывайте о ней, удерживая ее на уровне рта. Разговаривайте с ребенком, приблизив губы на расстояние 10—15 сантиметров от уха малыша, или повышайте силу голоса

Не бойтесь пользоваться смысловыми жестами. Вы можете придумать целую систему жестов, понятную только вам и вашему ребенку. Эти жесты не имеют ничего общего с «языком глухих», которого опасаются многие родители. Они помогут вашему ребенку научиться понимать смысл многих слов и общаться с вами, пока он не научится говорить.

Дополнительным средством, которое поможет вашему малышу понять обращенную к нему речь, может стать богатая мимика. Утрированные мимические выражения радости, испуга, восторга, страха позволят ребенку лучше понять, что вы хотите ему сказать. Учите ребенка выражать свои желания и потребности, используя доступные ему средства общения — жесты, мимику, интонацию, слова.

Как проверить, слышит ли малыш?

Звуки, которые окружают нас в повседневной жизни, в том числе и звуки речи, имеют разную громкость и разную частоту звучания. Громкость звуков в акустике измеряется в Децибелах, а частота звучания — в Герцах.

В зависимости от их физической характеристики звуки бывают:

  • низкочастотными — звук проезжающего грузовика, звучание отбойного молотка, а в речи — звук , .
  • среднечастотными — звучание рояля, плач младенца, а в речи — звуки , .
  • высокочастотными — шелест листвы, пение птиц; речевые звуки — , , .

При нарушении слуха у человека снижается способность воспринимать звуки определенных частот, в первую очередь — высокочастотные звуки.

Для проведения обследования необходимо приготовить:

1) Три одинаковые баночки из-под фотопленки, или капсулы из-под киндер-сюрприза. В банку № 1 на одну треть засыпьте манку, в баночку № 2 — гречку, в баночку № 3 — горох.

2) Вам потребуется игрушка-пищалка, которая наверняка есть у вашего малыша. В исследовании, которое вы будете проводить, пищащая игрушка является звуковым стимулом с высокочастотным звучанием, а коробочки с крупами передают звуки разной громкости звучания:

  • манка — приблизительно 30 — 40 Дб;
  • гречка — приблизительно 50 — 60 Дб;
  • горох — приблизительно 70 — 80 Дб.

Признаки возможного нарушения слуха

Конец 1-го месяца

В ответ на неожиданный и громкий звук: нет реакции торможения общих двигательных или сосательных движений, не вздрагивает, не моргает.

Конец 2-го месяца

Не прислушивается к звону колокольчика (на расстоянии полутора метров).

Конец 3-го месяца

Не ищет глазами объект, который издает звуки, не поворачивает голову вправо, влево и к источнику звучания.
Не реагирует на музыкальные игрушки.

Конец 5-го месяца

Не прекращает плакать, когда слышит музыку или пение матери.

Конец 6-го месяца

Не реагирует на шуршание бумаги, которая находится вне поля его зрения.

Конец 7-го месяца

Не поворачивается в сторону источника звука или говорящего человека.
Не улыбается, когда вы разговариваете с ним.

Конец 8-го месяца

Не прислушивается к разговору взрослых.
Не замирает, услышав новый звук.
Не проявляет интереса к музыке.
Не лепечет.

Конец 9-го месяца

Не реагирует на собственное имя.
Не понимает слово «нет», запрета.
Не играет с вами в «разговор».

Конец 10-го месяца и 11-й месяц

Лепет либо отсутствует, либо «монотонно» окрашен.
Не пользуется голосом, чтобы привлечь к себе внимание.

Конец 12-го месяца и старше

По просьбе взрослого не показывает на людей или знакомые предметы.
Не имитирует простые звуки и односложные слова.
Не реагирует на тихие звуки, издаваемые вне поля его зрения.
Не поворачивает голову к источнику звука (как тихого, так и громкого).
Не понимает простые обращения.
Не проявляет интереса к бытовым звукам, музыке.
Не пытается говорить.

Обязательно нужно обратиться к сурдологу, если:

  • У вашего малыша вы замечаете признаки нарушения слуха, описанные выше;
  • Из уха ребенка выделяется беловатая или желтоватая жидкость. В таких случаях малыш не всегда проявляет беспокойство или жалуется на неприятные или болезненные ощущения. Однако такие выделения могут указывать на воспаление среднего уха;
  • Ребенок хватается за уши, бьет по ним, трет их и плачет. Причиной такого состояния может быть инфекционное заболевание, которое требует незамедлительного лечения. Иначе это может привести к необратимым нарушениям в органе слуха;
  • Малыш затыкает уши и плачет, услышав чересчур громкий звук.

Когда нарушен не слух, а смыслоразличение

– Есть разница между нарушением фонематического слуха и нарушением обработки слуховой информации?

Конечно! Общее только то, что и там, и там присутствует слово «слух». На самом деле у детей с нарушением фонематического слуха речь идет совсем не о нем.

Сначала расскажу про само нарушение «фонематического слуха». Вот мы взяли его в кавычки, потому что в буквальном смысле слух не нарушается, а нарушается смыслоразличение. Фонему буквально ведь мы не можем слышать. Это лингвистическая единица, от нее зависит значение слова в квазиомонимах (это похожие по звучанию слова или в этих словах разный лишь один звук, например, «бочка» – «почка»).

Есть четыре этапа развития: физический слух (наиболее элементарный уровень слуховой функции), неречевой, включая музыкальный (височная кора правого полушария), он дает возможность различать звуки природы и шумы, далее речевой слух – это уровень фонетики (височные поля левого полушария), при его нарушении можно иметь абсолютный слух, но плохо понимать речь (это касается детей с аутизмом и нарушением обработки сенсорной информации), и, наконец, фонематический слух – предназначен для дифференциации фонем, в том числе и оппозиционных. Например, это слова, которые различаются по глухости-звонкости, по твердости-мягкости, различаются также по признаку «шипящий-свистящий» и дифференциации сонорных (, , ).

Если совсем коротко, то сначала ребенок как бы разворачивает свою физиологию – младенец спит, все разговаривают, а он нас «не слышит», потом, наоборот, появляется на двери записка «Не звонить, спит маленький ребенок», еще позже ребенок начинает различать голоса – вот папа, а это мамочка, потом появляется слух «на речь», то есть это речь – а это не речь, и только когда кора станет еще более зрелой, то начинают формироваться фонематические дифференцировки, вот это и есть сформированный фонематический слух.

– Логопед сможет определить нарушение фонематического слуха у маленьких детей?

– А у маленьких детей нет нарушения фонематического слуха. Он начинает формироваться, когда ребенок, а вернее, его мозг, начинает готовиться к обучению грамоте – после четырех лет. Давайте этот вопрос перенесем в раздел мифов и реальности.

– Расскажите о повышенной чувствительности к звукам при аутизме.

– Несколько ученых пришли к выводу, что у детей с аутизмом мышцы уха имеют более высокую чувствительность к звукам, чем у нейротипичных детей. Некоторые из них даже говорят о том, что оценка порога чувствительности мышц среднего уха к звукам – это биомаркер аутизма.

В среднем ухе находятся две мышцы, которые должны рефлекторно сокращаться в ответ на громкий звук. У детей этот порог повышен и отмечаются трудности с чувствительностью к звукам или проблемы внимания.

Проводилось уже много исследований с использованием наушников, «звуковых вызванных потенциалов» – ЭЭГ и другие, в которых были получены данные о повышенной слуховой чувствительности у некоторых детей с аутизмом.

Исследований достаточно много, многие спорные, для некоторых есть возражение по малой выборке участников эксперимента, но в любом случае уже много информации к размышлению.

Как практик, я могу сказать, что эмпирическим путем можно установить, что многие дети с аутизмом испытывают повышенную чувствительность к звукам, у многих детей отмечается желание закрыть уши, а дети, которые уже умеют говорить, могут рассказывать, что в классе за партой ощущения – как на оживленном перекрестке.

Фото: uholor.ru

Очень много слов

Дети иначе воспринимают речь, поскольку они ее только осваивают. Особенно сложно им даются длинные фразы и абстрактные слова типа «терпение».

— Когда родители так общаются с ребенком, ему кажется, будто они говорят на другом языке. А если так происходит постоянно, то мама превращается в радио, которое все время что-то вещает и создает шумовой фон. Ребенок думает: что-то там опять говорит, ну и ладно, главное — играть не мешает.

Психолог советует озвучивать просьбу как можно короче, убирая все лишние и сложные слова. В вашем послании должна быть только суть.

— Не так: «Мы же купили тебе новую зубную щетку, зачем ты тогда ее просил, если опять не хочешь чистить зубы, микробы повредят эмаль и будет кариес, ты что хочешь к стоматологу?» Это полный провал. Лучше сказать четко и коротко: «Пора чистить зубы».

«Вы что, дома руками машете?!»

Есения вылитый ангел с полотен Ренессанса. Ей два с половиной года. Солнце золотит светлые кудряшки. Крохотным пальчиком она обхватывает розовенькую кнопочку носа. А потом маленькими ладошками рисует в воздухе что-то продолговатое. 

— Правильно! Лимон! Ли-мон! — четко артикулирует сурдопедагог центра «Я понимаю» Мария Елисеева. Перед собой она держит пластиковый лимон. 

— А это кто? — Мария достает из мешочка плюшевую кошку. 

Есения изображает, что царапает тыльную сторону своей пухленькой ручки.

— Правильно! Кошка! Кошка! — улыбается педагог. 

Екатерина Савченко

Есения не слышит от рождения. Слуховые аппараты помогают ей различать некоторые звуки. Ее мама, Екатерина Савченко, директор Центра развития и поддержки глухих и слабослышащих детей «Я понимаю», тоже не слышит, с дочкой она общается на жестовом языке с первых минут ее жизни. И с его помощью учит дочь звуковой речи. Есения знает уже много слов и сейчас учится их произносить.

— Сурдопедагоги, психологи, врачи не рекомендуют использовать жестовый язык. Пугают родителей, что тогда ребенок не заговорит, — объясняет Екатерина

— Конечно, глухим очень важно научиться говорить, но почему же такое негативное отношение к жестовому языку? У меня есть старший Елисей, ему 10 лет. Меня в детском саду и школе стыдили, что я плохая мама, раз разговариваю с ним на жестовом языке

Помню слова педагога в приемной комиссии сада для глухих: «А вы машете руками дома? Смотрите, ваш сын не понимает мою речь, и он не говорит, плохо!» Хотя мой сын прекрасно понял просьбу педагога, когда я перевела на жестовый язык, сопровождая при этом фразу на русском языке. Как я могу дать то, чего у меня нет — слух и чистое произношение?

Елисей оказался чужестранцем в специальном садике для глухих, говорит Екатерина. Она хотела перевести сына в другой спецсадик. Но и там услышала: «Ой, у вас сын в аппаратах, а на имя не откликается, и что за странное имя Елисей вы дали ему? Ведь с таким именем звать глухого тяжело!» Екатерина вспоминает, что рыдала, а маленький сын не понимал, почему.

Семья Екатерины Савченко. Фото: из личного архива

— До 3 лет с глухими детьми у нас в стране не занимаются нигде. Как до этого мама должна общаться со своим ребенком? Узнавать, чего он хочет и отчего плачет? Рассказывать ему о мире? Представьте, что вы никак не можете объяснить своему малышу, что любите его, пока в сурдоцентре ему не начнут ставить речь и учить считывать с губ. Разве это не дискриминация? — возмущается она. — До трех лет у вашего ребенка нет понимания окружающего мира, он не знает, что на дереве весной появляются почки, а светит солнце. Слышащая мама гуляет и общается со своим слышащим малышом: «Сейчас наступила весна. Появляется солнышко, снег тает». — «Почему тает?» — «Потому что тепло, появляются почки, листики. Прилетают птицы». А глухой ребенок и слышащая мама не общаются никак. 

Миссия центра — сохранить и развить у ребенка мыслительный процесс, но не от речи зависит мышление, а от языка, считает Екатерина. Нет языка, у ребенка будут последствия: задержка психического развития, нарушение когнитивно-мыслительных процессов. 

Советы Ольги Азовой – как помочь ребенку с нарушением обработки слуховой информации

1. Мероприятия, касающиеся непосредственно слуховых нарушений:

— Сократите количество источников, которые одновременно звучат.

— Давайте четкие и короткие инструкции.

— Смотрите в глаза ребенка и вставайте так, чтобы ребенок видел ваше лицо, рот.

— Учите слушать звуки разной частоты.

— Слушайте терапевтичную музыку. Общепринято, что это музыка Моцарта, Штрауса, григорианские и православные песнопения.

— Проходите слуховые терапии в проверенных местах, при наличии сертификатов на аппаратуру, метод Томатиса должен проводиться на аппаратуре с аналоговым звуком.

2. Мероприятия по организации жизненного пространства:

— Давайте подкрепления – зрительные (рисунки, схемы, пометки на полях), повторяйте инструкцию сами и просите повторить ребенка, говорите медленно и четко.

— Продумайте, где организовать рабочий уголок дома. Это должно быть максимально тихое место, с отсутствием предметов, которые издают те или иные звуки, даже если они нам кажутся незначительными. В школе ребенок должен уметь уединяться. Если возможно в учебном заведении организовать комнату релакса, то научите ребенка посещать ее.

— У ребенка должны быть как время для отдыха, так и поручения, обязанности.

— Организация режима. Придерживайтесь четкого расписания, с соблюдением временных рамок. Можно первое время подключать таймеры, чтобы ребенок научился чередовать интервалы отдыха и занятий. Следите за тем, чтобы ребенок в одно и то же время ложился спать и высыпался.

— Следите за питанием (детский стол). Возможно, нужно будет сдать анализы на непереносимость продуктов, следите за регулярностью стула.

— Если ребенок не занимается спортом, то должны быть организованы физические нагрузки.

— Стресс – всегда дополнительная усугубляющая проблема. Следите, чтобы ребенок не попал в такие ситуации, где ему самому не справиться, будьте на стороне ребенка, поддерживайте его.

3. Помогите ребенку, организовав коррекционные мероприятия:

— слуховые терапии;

— занятия по сенсорной интеграции;

— музыкальные занятия;

— развитие темпа и ритма;

— развитие слухового восприятия;

— выполняйте другие рекомендации специалистов.

Родители – пример для ребёнка

Дети воспитываются не только словами, они в большей степени воспитываются образами. Они перенимают образ поведения родителей, близких людей, учителей, одноклассников, друзей. Но, конечно же, родители больше всего влияют на те образы, которые ребёнок формирует в себе и те образы, которые формируют наших детей, как личность.

В большей степени это касается способности человека слышать, а в первую очередь слушать. Так называемое «осознанное слушание», когда мы, слушая человека напротив, не просто слышим информацию и параллельно формируем свой ответ, а способны до конца сконцентрироваться на собеседнике, понять, что он нам говорить, и, возможно, даже если мы не совсем согласны, иметь возможность увидеть причину, почему нам человек это говорит, взять для себя что – то самое лучшее из того что он нам сказал. На основании уже полной информации и полной картинки сформировать свой ответ, свой поведение.

Поэтому если у ребёнка перед глазами нет примера в семье, где родители тоже кого – то слушают (старших, например), как они просят совета, как они воспринимают сказанные слова, критику, замечания друг друга

Важно увидеть как родители это воспринимают: в штыки и огрызаются или как мы способны услышать собеседника, с уважением отнестись к сказанной информации, слушаем ли мы в принципе кого – то, продолжаем ли мы процесс самообразования, прислушиваемся ли мы к советам наших знакомых, есть ли у нас авторитеты в жизни

Потому что если в семье существует такой образ, такая динамика отношений, когда мы огрызаемся и каждый сказанный совет, замечание воспринимаются в штыки, когда родители не формируются сами, не продолжают развиваться как личность, а находятся в позиции « Я – единственный, кто прав», то естественным образом у ребёнка, который больше всего на свете хочет подражать взрослым, будет пример того, что взрослые никого не слушают, они поступают так как считают нужным. «А зачем я должен кого – то слушать? Я тоже хочу никого не слушать, я буду как взрослый, я буду делать так, как мне кажется правильным, ведь я не вижу примера, как мама слушает папу или папа прислушивается к маме».

Дети будут фактически полностью повторять за нами, что они видят по отношению к друзьям, к соседям, друг к другу, к бабушкам, к дедушкам. Это является основной причиной и основным образом, который мы можем дать детям, в надежде, что они тоже будут прислушиваться к нам, будут не перебивать нас и будут способны не только слушать, но и слышать.

Поделитесь в социальных сетях:FacebookTwitterВКонтакте
Напишите комментарий